После обеда 30 июля автору этих строк позвонила сотрудница Горно-Алтайского мирового суда с судебного участка №2 и сообщила, что уже на следующий день в суде состоится рассмотрение сразу двух дел по пресловутой новой статье о фейках - первое дело назначено на 11 утра, второе - на 11.30. Речь шла о двух публикациях на нашем сайте по поводу коронавируса - первая из них, от 5 мая - о том, что в госпитале скончалась женщина с ВИЧ (дело №5790), вторая - от 20 мая - о том, что госпиталь в Горно-Алтайске вскоре переполнится (что вскоре и случилось), а во втором госпитале в Майме в авральном режиме "монтируют большой кислородный пост" (дело №5789).

Наши постоянные читатели знают нашу позицию по этим ситуациям и помнят, что по второму делу первоначально была попытка возбудить даже не административное, а уголовное дело по новомодной статье 207.1 УК РФ.

По какому закону нас обвиняют

В марте 2019 года в КоАП РФ были внесены изменения. Часть 9 ст. 13.15 уже год как предусматривает крупные штрафы - от 30 до 100 тысяч рублей на граждан за распространение "заведомо недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений, создавшее угрозу причинения вреда жизни и (или) здоровью граждан, имуществу, угрозу массового нарушения общественного порядка..." и так далее.

Закон, в общем, довольно сомнительный. Когда его применяют против деятелей, которые утверждают, что коронавирус - выдумка, и не надо соблюдать мер безопасности, то это хотя бы можно понять. Хотя и в этих случаях его применяют "криво" - заведомость просто вменяют всяким ковид-диссидентам, которые искренне верят, что коронавирус придумал Билл Гейтс, чтобы чипировать нас для рептилоидов с планеты Нибиру :-).

Но зачастую этот закон на местах интерпретируют ещё проще: объявляют фейком любую НЕУДОБНУЮ НЕОФИЦИАЛЬНУЮ информацию о коронавирусе.

Это как раз наш случай.

Зачем нас обвиняют НА САМОМ ДЕЛЕ

Полагаю, для того, чтобы попытаться "заткнуть рот" или хотя бы дискредитировать. Ну, и отомстить, заодно. Как минимум, за целый ряд неприятных для властей материалов по теме - начиная со статьи о кровососущих клопах в общаге, куда первоначально поселили медиков.

.."Какие Ваши доказательства?"

Недоверчивый читатель может поставить, так сказать, вопрос ребром: а не высосали ли мы, как говорится, новости из пальца и чем мы можем доказать то, что написали.

Тут ситуация вот какая. Мы регулярно получаем от наших ПРОВЕРЕННЫХ ИСТОЧНИКОВ неофициальные данные. В большинстве случаев мы не можем вот так просто взять и написать: "про клопов сообщил Вася Пупкин" - у людей будут неприятности (по тем же клопам первой реакцией властей был ВИЗИТ ПОЛИЦЕЙСКИХ К МЕДИКАМ - искали, кто "разгласил военную тайну"). Более того, тут на стороне наших источников Закон "О СМИ" - мы "не вправе называть лицо, предоставившее сведения с условием неразглашения его имени". Из этого правила есть исключение: "когда соответствующее требование поступило от суда в связи с находящимся в его производстве делом". В этом случае - вправе (но не обязаны).

Обе заметки написаны со слов источников. До суда мы их, так сказать, "наглухо" скрывали. Сейчас раскрываем кое-какие "карты". Например, один из источников - республиканский депутат, решила дать показания в суде. Об этом - ниже.

Интересные дела

Через час после звонка я пришёл в суд и стал знакомиться с делами. Они оказались изрядного объёма - около 100 листов и с весьма любопытным содержимым. Особенно второе, содержащее материалы проверки СК, которые так и не стали уголовным делом и, так сказать, чтобы добро не пропадало, были включены в "административку". Процитирую некоторые интересные моменты.

Медики сообщили о моменте переполнения моногоспиталя и о монтаже допоборудования в Майме

Опрошенные сотрудниками СК и полиции медики подтвердили, что в Майме действительно оперативно монтировалось дополнительное кислородное оборудование (нас фактически обвиняли в том, что это - фейк).

"А то, что "в авральном режиме монтируют большой кислородный пост" (текст статьи), вероятно, под данным выражением имелось в виду проведение работ по монтированию дополнительных разводок на кислородные выходы для обеспечения дополнительного резерва коек", - заявила в объяснении первый зам.министра здравоохранения РА Айана Егузекова (дело №5789, л.д.32).

"Поступление пациентов в с Covid-19 в Майминский госпиталь в связи с эпидемиологической заполненностью Республиканского госпиталя началось только с 07.06.2020 года" [...] "наша кислородная станция никогда из трёх баллонов не состояла [наш источник комментирует это утверждение следующим образом - кислородная станция в Майме обеспечивает кислородом не только моногоспиталь, но и операционные Майминской ЦРБ, 3 баллона из 6-и обеспечивали операционные]. У нас было шесть соединённых баллонов, и шесть баллонов, которые стояли на запасе. Сейчас мы её усилили, провели реконструкцию, теперь у нас 12 прикреплённых баллонов и 16 запасных", - написала в объяснении главный врач БУЗ РА Майминская районная больница Сараева Е.А (дело №5789, л.11).

Инициатор - пресс-секретарь Хорохордина

При ознакомлении с материалами дела стало очевидно, что за обвинениями в, якобы, фейках, стоит не полиция, а правительство Республики Алтай, причём инициатива как минимум по одному случаю (дело №5789) принадлежала пресс-секретарю Главы Республики Алтай Хорохордина Михаилу Максимову.

Цитирую Максимова (лист дела 34): "я лично не вхожу в состав Оперативного штаба, однако так как глава РА является руководителем Оперативного штаба, то информирование о деятельности Оперативного штаба закреплено за мной." Далее Максимов перечисляет перечень каналов штаба в разных соцсетях, которые он ведёт, а затем продолжает свои объяснения так: "20.05.2020 в 17.53 на сайте газеты "Листок" была опубликована статья "Коронавирусный госпиталь в Горно-Алтайске скоро переполнится" [...]. Так как в наши задачи входит и мониторинг сети Интернет, социальных сетей, то при очередном ежедневном мониторинге нами была увидена данная статья, после чего мы начали проверять информацию, указанную в данной статье, запросив в устной форме в Минздраве, действительно ли госпиталь переполняется. Однако нам из Минздрава поступила информация, что текст вышеуказанной статьи на сайте газеты "Листок" не соответствует действительности, по этой причине Оперативный штаб опроверг данную статью, опубликовав в своих каналах [...] информацию о недостоверности статьи. Готовил текст опровержения и опровергал данную информацию на основании информации Министерства здравоохранения Республики Алтай я, предварительно согласовав с руководителем Оперативного штаба [с Хорохординым] и министром здравоохранения РА".

То есть, именно Максимов, вместо того, чтобы просто в спокойном тоне сообщить, что будут развёрнуты доп.места (которых, очевидно, тоже не хватило - уже 19 июня Штаб объявил, что "лечение пациентов при бессимптомном течении заболевания теперь будет осуществляться на дому при наличии условий...") и признать "проведение работ по монтированию доп.разводок на кислородные выходы", начал полезное сообщение о допместах с облыжного обвинения в фейке.

Карьерные мотивы Максимова тут можно понять, как говорится, "Пацан к успеху шёл". Но не очень понятно, зачем Хорохордину пресс-секретарь, который порождает избыточные конфликты...

"Агора" помогает "ЛИСтку"

31 июля состоялось первое судебное заседание по этому делу. Председательствовал на заседании мировой судья участка №2 Горно-Алтайска Аржан Битешев. Проходило заседание, по иронии судьбы, в том самом зале, где в марте 2018-го меня по заданию теперь уже бывшего Главы Республики Алтай Бердникова сажали "на сутки" за, фактически, публикацию в "ЛИСтке" бердниковской матерщины об алтайском народе.

В качестве моего защитника на суде присутствовал юрист "Листка" Павел Смирнов.

А вот ходатайство, которое я озвучил на первом заседании, подготовил для нас юрист международной правозащитной группы "Агора" Станислав Селезнёв. Он же выслал нам подборку решений судов по делам о фейках и дал ряд советов.

О чём мы говорили на первом заседании

После всех стандартных судебных процедур - выяснения личности, места проживания, работы, ознакомления с правами, - суд удовлетворил ходатайство допустить к участию в деле Павла Смирнова в качестве защитника.

Судья пояснил, что на Интернет-сайте «Листка» 5 мая 2020 года была размещена заметка «В РА скончался первый больной коронавирусом», между тем, на тот момент по официальным данным скончавшихся от вируса в республике не было. Таким образом, якобы было совершено правонарушение, предусмотренное ч.9.ст.13.15 КоАП, о чём сотрудником полиции Зарубиным был составлен протокол. Судья поинтересовался, согласен ли я с протоколом и предоставил мне слово:

«Я категорически не согласен с протоколом. В данную дату в коронавирусном госпитале действительно умерла женщина, она страдала пневмонией, кроме того, она страдала ВИЧ-инфекцией. О том, что в госпитале находится женщина в тяжёлом состоянии, мне стало известно 3 мая 2020 года от депутата РА Дёминой Марии Фоминичны, а ей это стало известно от её помощницы [данные скрыты], которая является сотрудником коронавирусного госпиталя. Также у нас есть аудиозапись сегодняшнего разговора с Марией Фоминичной, мы намерены ходатайствовать о приобщении этой записи к делу.

[На записи Мария Фоминична, в частности, сказала: "На следующее судебное заседание, конечно, я явлюсь, я же вам обещала. У меня помощник работает в коронавирусной инфекции, я всегда интересовалась, как им работается... Конечно, я скажу об этом. В рамках своей депутатской деятельности я интересовалась... Как помощник она мне давала информацию, как им работается, как что и чего. Конечно, заявите ходатайство. Здесь нет абсолютно никакой фейковой информации. Действительно, эта гражданка умерла, никто там не выдумывал."]

После того, как я получил информацию, что женщина находится в тяжёлом состоянии, я позвонил другому сотруднику коронавирусного госпиталя, личность которого я назвать не могу, потому что он опасается, что в отношении него будут применены репрессии. Он сообщил: "А ты знаешь, сегодня приехал катафалк и тело этой женщины увезли, она уже умерла".

После того, как все это выяснилось, я через Телеграм эту информацию передал лицу, личность которого также отказываюсь раскрывать, это лицо запись [телефонного разговора] обработало, изготовило короткое сообщение и опубликовало его на сайте газеты "ЛИСток".

Примерно через полчаса официальный коронавирусный штаб заявил, что это фейк, то есть, что это не просто какая-то неправильная информация, а что мы заведомо придумали смерть человека.

Меня это очень удивило, потому что мне депутат Республики Алтай сообщила, а ей - сотрудница госпиталя, мне сообщил другой сотрудник госпиталя.

Я позвонил одному из главных врачей, он тоже просил не раскрывать его имени, и он объяснил мне, что у женщины, которая скончалась, первоначальные симптомы были похожи на коронавирус, она лежала в госпитале коронавирусном, но анализы не показали коронавирусной инфекции.

Затем я 7 мая позвонил Леониду Васильевичу Щучинову. У меня телефон записывает все разговоры, которые по нему происходят и эта запись имеется. Леонид Васильевич мне разъяснил, что, действительно была госпитализирована женщина с ВИЧ-инфекцией, была госпитализирована именно в коронавирусный госпиталь, у неё была анемия, она была на искусственной вентиляции лёгких, она умерла в этот день, её направили в коронавирусный специализированный морг в селе Чемал, об этом мы также сообщили. И после того, как её вскрыли (это было уже после того, как мы опубликовали сообщение, уточнение и так далее), у неё заболевание коронавирусом не подтвердилось.

Но то, что она лежала в коронавирусном госпитале и её тело отправили на вскрытие в специализированный коронавирусный морг, – это подтверждается аудиозаписью, которую я принёс сегодня в суд. У меня есть также ходатайство о её приобщении к делу и сама эта аудиозапись на электронном носителе. Сегодня утром я Леониду Васильевичу позвонил и сообщил что предоставлю эту запись в суд.

Я полагаю, что позиция Михаила Максимова и коронавирусного штаба - порочная… Вместо того чтобы объяснить, что произошла путаница – женщина умерла, у нее подозревали коронавирус, но он не подтвердился… Люди же видят, что из госпиталя едет катафалк... Вчера [30 июля] вот опять умер в моногоспитале мужчина, а штаб не сообщил об этом. Город же маленький, все всё знают. Сейчас уже расхождение на три человека – по официальным данным в моногоспитале умерло 7 человек, а по нашим подсчётам уже 10, если считать эту женщину. Это - общественно значимая информация.

Второе. Вы сейчас прочитали протокол, который составлял Зарубин, лейтенант полиции. В этом протоколе нет существенной вещи. Я вчера изучал с помощью юридической ассоциации «Агора» судебную практику по подобным делам. Распространение фейковой информации – это сложный состав, здесь должна быть информация недостоверная заведомо для распространителя, и в то же время она должна создавать общественно опасные последствия. В моем деле все эти признаки отсутствуют.

Например, в Чемале привлекли депутата Корнеева за то, что он сообщил о том, что старенькая бабушка, вероятно, болеет коронавирусом, назвал адрес дома в Чемале, где она находилась. Из-за этого у бабушки и её родственников могло создаться впечатление, что они в опасности, что жители с ними что-то могут плохое сделать, их дом вот-вот могут штурмовать...

В Кош-Агачском районе в аналогичной ситуации в Вотсапе распространили информацию, что конкретный приезжий якобы болен не обычной простудой, а коронавирусом, и опять же у этого приезжего могли возникнуть опасения, что его, так сказать, линчуют…»

«Что где творится, это к делу не относится», – заметил судья.

«Уважаемый суд мы рассматриваем дело по новой статье, ей всего год, она была введена в 2019-м году, – продолжил автор этих строк. – Я привожу эти примеры, чтобы проиллюстрировать существенный недостаток протокола, составленного лейтенантом Зарубиным. Там вообще никак не указано, в чем состояла общественная опасность публикации. Среди тех дел из Якутска, Тверской области, Челябинской области, которые я анализировал с помощью юристов "Агоры", там судьи указывали, что должна быть не просто ложная информация, она должна вызвать опасность массовых беспорядков, или того, что люди решат, что коронавируса нет, перестанут носить маски и заболеют. Должны быть какие-то общественно опасные последствия. От того, что мы сообщили, что в коронавирусном госпитале умерла женщина, общественно опасных последствий не наступило. Тем более, что она действительно там умерла."

Затем я зачитал подробное ходатайство, составленное Станиславом Селезнёвым из "Агоры". В нём, со ссылками на Европейскую конвенцию и практику Европейского суда я просил суд о трёх вещах:

1. Ввести в дело обвинителя (Европейский суд отмечает, что при рассмотрении административных дел в России без прокурора судья фактически превращается из независимого арбитра в обвинителя, что неправильно). В таком качестве я просил пригласить лейтенанта Зарубина, как составителя протокола или прокурора.

В этом ходатайстве судья мне отказал, отметив, что Зарубин в протоколе написал всё, что хотел сказать. Про прокурора ничего сказано не было, поэтому мы, видимо, ещё раз заявим ходатайство о привлечении в дело уже конкретно прокурора.

2. Обеспечить ведение протокола судебного заседания (по административным делам протокол обычно не ведётся, а он нужен, когда идёт допрос свидетелей).

Это ходатайство судья постановил разрешить на следующем заседании.

3. В связи с тем, что на прочтение материалов у нас было 18 часов (это если с ночным временем) - отложить рассмотрение дела не менее чем на 5 рабочих дней для ознакомления с делом.

Это ходатайство было удовлетворено. Следующее заседание суда назначено на 10 сентября.

Сергей Михайлов

P.S. Следует отметить, что публикацию заметок, которые стали предметами вышеописанных дел, осуществлял не автор этих строк. Кто именно расшифровал аудиозаписи и опубликовал материалы на сайте - полиция так и не установила. В принципе, одного этого уже достаточно для прекращения дел. Если действовать по закону, конечно...

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 3.71 (7 голосов)